Не в своей тарелке

В тихой, казалось бы, забытой богом деревне жизнь текла своим размеренным, предсказуемым чередом. Однако эта идиллия была нарушена тайным визитом, свидетелем которого стал лишь местный тракторист Игорь. Он видел, как приземлился неопознанный объект и как трое пришельцев обрели человеческий облик, чтобы раствориться среди сельских жителей. Эти трое – Света, Рома и Боря – с удивительной легкостью вписались в ткань деревенского быта, каждый найдя свое особое место. Игорь, пораженный красотой и загадочностью Светы, нашел в ней свою любовь. Учительница Ира, всегда чувствовавшая себя чужой в этом консервативном мире, обрела родственную душу и понимание в лице тихого и вдумчивого Ромы. Даже дочь участкового, мечтательная Люба, была очарована молчаливой силой и добротой богатыря Бори. Но за внешним спокойствием и налаживающимися отношениями скрывалась тревожная тайна, которую Игорь, связанный обещанием и собственными чувствами, вынужден был хранить в одиночку. Единственным, кто смутно чувствовал неладное, был участковый Сергей Петрович, отец Любы. Его профессиональное чутье и природная подозрительность сигнализировали, что с новыми жителями что-то не так, но все вокруг лишь отмахивались от его опасений, считая их блажью ревнивого отца или следствием скучной службы. Правда, однако, начала просачиваться наружу самым неожиданным образом. Странные события, которым не было логического объяснения, стали происходить все чаще. Кульминацией стало невероятное происшествие с местными бобрами, которые вдруг обрели дар речи. Как выяснилось, виной тому была инопланетная субстанция, случайно попавшая в реку из поврежденного корабля пришельцев. Это событие поставило всех перед фактом: тайное становится явным. Игорю становится невыносимо тяжело хранить свою ношу, ведь его молчание теперь ставит под удар не только покой деревни, но и жизни тех, кого он успел полюбить. Любовь, доверие и сама реальность оказываются на грани, заставляя каждого героя сделать выбор между безопасностью привычной лжи и рисками, которые несет с собой признание в совершенно иной, космической правде.